Как молиться каждый день: время, длительность и напоминания

Шотландия, первая половина XIX века. В маленьком доме две комнаты, а между ними — каморка, где помещаются только кровать, столик и стул; свет падает из крошечного окна¹. Отец семейства уходит туда и закрывает за собой дверь¹ — «каждый день, много раз в день, обычно после еды»². Дома об этом не говорят: «это было слишком свято, чтобы о нём говорить»². Но дети и без слов понимают, что за дверью молятся за них¹, и учатся проходить мимо на цыпочках¹.

Так вспоминал своё детство Джон Патон, ставший миссионером на Новых Гебридах³. В воспоминании сына молитва связана с тем, что повторялось каждый день, — с едой.

Из этого и складывается ответ на вопрос, как молиться каждый день. Молитве нужно своё место в дне: повод, который всё равно случится, — пробуждение, завтрак, дорога, сон. Нужна мера, которой хватит и в плохой день: начать можно с нескольких минут. И нужно право на сбой: пропущенный день — повод вернуться завтра, а не бросить. Англиканский епископ Джон Чарльз Райл советовал отводить время на молитву так же, как на еду, сон и работу, а часы выбирать самому⁴⁵. И добавлял: «Как минимум говорите с Богом утром, прежде чем заговорите с миром, и говорите с Богом вечером, закончив дневные дела»⁶.

Дверь после еды

Слов отцовской молитвы Патон не пересказывает. Каморку он называет святилищем их домика: там отец молился за детей, как когда-то первосвященник за завесой во Святом святых¹. Лишь иногда из-за двери доносились «трогательные отголоски дрожащего голоса, молившего словно о жизни»². И дети видели лицо отца: «Посторонние могли и не знать, но мы-то знали, откуда этот счастливый свет, словно от новорождённой улыбки, всегда разгоравшийся на лице отца»². Много лет спустя Патон писал: «Никогда — ни в храме, ни в соборе, ни в горах, ни в долине — не надеюсь я ощутить, что Господь Бог ближе, что Он зримее ходит и говорит с людьми, чем под той скромной крышей из соломы и дубовых плетней»².

Эти воспоминания привёл шотландский проповедник Дэвид Макинтайр в книге «Сокровенная жизнь молитвы». Держалось всё на двери, которую отец закрывал после еды, — на поводе, который приходил сам.

«Одно мешало за другим»

Эндрю Бонар полвека служил пастором в Шотландии — сначала в деревенском приходе Коллес, потом в Глазго — и всю жизнь вёл дневник⁷. Он был другом Роберта Макчейна, о котором мы рассказывали в статье о чём молиться. Дневник Бонара хорош тем, что в нём нет образцового подвижника.

Зимой 1841 года он замечает за собой непривычную тревогу и разбросанность — и находит причину: всё время уходило на людей и дела, а побыть с Богом по-настоящему, подолгу, не удавалось⁸. А ведь близость к Богу, пишет он, — «как свет, озаряющий в летнюю пору хмурый край: всё и правда видится иначе»⁹. «Я хотел молиться и был к этому расположен, но молился мало: одно мешало за другим»⁹. И вот итог: «от этого душа моя поникла»⁹. Бонар решает, что не успокоится, пока не дойдёт хотя бы до двух часов чистой молитвы в день⁸.

Летом 1843 года Бонар проповедует дважды в Тилинге и вечером в Ньютайле, а домой едет верхом уже ночью, молясь и славя Бога по дороге. На следующий день он записывает: завтра ему вести причастие под открытым небом, в горной долине Гленши, а эту ночь он отдаёт молитве⁸. Тут он и видит ясно: нехватка молитвы — один из главных его грехов упущения⁸. «Я молюсь слишком недолго, прошу слишком мало»⁹, — признаётся он. И решает начинать день с молитвы: «Я должен также противиться искушению что-либо делать или читать, прежде чем найду Бога наедине»⁹. Так поступал и Христос перед днём, полным людей: накануне вечером у дверей дома собрался весь город (Мк 1:33), а наутро — «Утром, встав задолго до рассвета, Иисус ушел из того дома, удалился в уединенное место и там молился» (Мк 1:35)¹⁰.

Спустя годы, всё ещё в деревенском Коллесе, Бонару горько: проповедь, кажется, не оставляет в людях никакого следа, и от этого на душе у него часто безнадёжная печаль⁸. Тогда он пробует другое: «Я стараюсь в эти дни поддерживать молитву каждый час, останавливая своё занятие, каким бы оно ни было, чтобы немного помолиться»⁹.

А в 1884 году¹¹, уже пожилым пастором, он записывает, что накануне так и не помолился подолгу, и винит в этом собственное лукавое сердце и сатану⁸. Мешали не развлечения: «сатана, словно чибис, уводил меня от настоящей цели (молитвы и общения с Богом), то и дело подсказывая что-нибудь о другой части моей работы или о том, что надо проверить в лекции, проповеди и т. п.»⁹. «Так лучшие часы вчерашнего дня были в значительной мере потеряны»⁹. И просит Бога вернуть ему годы, которые поела саранча⁸ (Иоил 2:25).

Привычку Бонар так и не «выработал» раз и навсегда. Он возвращался к ней снова и снова — и мешали ей чаще не пустяки, а нужные, хорошие дела.

Сколько молиться

Бонар мечтал о двух часах в день. О Джоне Уэсли, основателе методизма, Макинтайр пишет: «На первой странице каждой новой такой записной книжки он неизменно записывал решение ежедневно по два часа молиться наедине, не допуская никаких увёрток и оговорок»². Приведя этот пример, он сразу оговорился: «Возможно, кому-то такое правило покажется жёстким до формальности»². «Пусть никто не связывает себя чужой практикой, но пусть каждый непременно отведёт время для общения с Богом»².

Райл думал так же: «Я не утверждаю, что молитвы всегда должны быть одной длины, но говорю: не позволяйте никакому предлогу заставить вас бросить молитву»⁶. Чужие два часа не мерило. Лучше скромная мера, которую вы удержите и в усталый день: пять минут, четверть часа. Прибавить можно потом, когда сама молитва попросит большего. Что читать в это время, если у вас есть правило, — в статье о молитвенном правиле.

Вечер: где положить день

Будущая игуменья Таисия (Солопова) ушла в монастырь совсем молодой, вскоре после Павловского института в Петербурге¹². В «Записках» она вспоминает, как получила чётки — знак непрестанной молитвы: это было на Пасху, когда игуменья облачила её в рясу¹³. Радость была неземная, но старица Глафира предупредила: вместе с монашеской одеждой она берёт на себя и монашеский крест. Тогда Таисия не поняла этих слов¹³. «Но жизнь сама собой скоро открыла мне глаза и показала этот крест во всей его тяжести»¹³.

Неделю она дежурила на мойке после трапезы сестёр, по две сотни тарелок¹³, а потом «не находила покоя рукам, до крови изъеденным горячим щелоком»¹³: «долго не могла я приняться ни за какую работу, потому что кожа лепестками сходила с рук»¹³. Пожалуешься на боль — засмеют¹³: «вот так послушница-труженица, посуды не вымыть!»¹³ Первое лето, как всякая новоначальная, она ходила и на полевые работы — на огороды, сенокос и жатву¹³. «Само собой разумеется, что работала я очень плохо»¹³, — признаётся она. Но работала почти до вечерни, а потом ещё ставила самовар старице и соседке по келье¹³. Соседка видела в ней соперницу, и Таисию мучила тоска по матери¹³. Она писала обо всём своему старцу, архимандриту Лаврентию¹⁴, но письма до него не доходили¹³.

И всё же к вечерне она ходила каждый день, к пяти часам, а потом не уходила, пока читали монашеское правило: три канона, акафист, помянник¹³, «хотя это было обязательным только для монахинь, а не для новоначальных»¹³. Почему? «Мне было легче в церкви, как, бывало, выплачешь в молитве пред Богом все свое горюшко, а его было немало»¹³.

Каноны после вечерни — монастырский устав, а не совет мирянину. Но то, что держало Таисию, знакомо каждому: вечерняя молитва — место, где можно положить тяжёлый день. Не отчитываться, а отдать его Богу как есть.

Если пропустили

Католическая монахиня Рахиль Гуардини руководила в Венеции домом сестёр-учительниц святой Доротеи¹⁵. В письме к Летиции она советует каждое утро, прежде чем выйти из комнаты, отдавать Богу дела наступающего дня¹⁶. А на случай сбоев пишет: «Раз в неделю перечитывайте решения, которые записали в порыве усердия, чтобы суметь их исполнить; если же по какой-то причине вы какое-то из них не исполнили, постарайтесь не поддаваться досаде, а смиренно попросите прощения у нашего доброго Бога и снова ободритесь»¹⁷.

Пропуск у Гуардини — часть пути: без досады попросить прощения и начать снова. Если перерыв затянулся на месяцы или годы, начните так же — с малого, как в первый раз; об этом статья как начать молиться. А если молиться вы садитесь, но мысли разбегаются, — о рассеянности в молитве.

С чего начать завтра

Выберите повод, который случится в любом случае: первая чашка чая, дорога на работу, минута после обеда, свет, который вы гасите перед сном. Возьмите меру, которой хватит и в плохой день. Утро не обязательно значит подъём затемно: если утро у вас — это дети или смена, ваше время — после. Берегите его не только от пустяков, но и от полезных дел, как учился Бонар. Вечером не отчитывайтесь, а отдайте день Богу. Раз в неделю спокойно посмотрите, что получается, и поправьте меру.

Привычка и Lampada

Для выбранного повода в Lampada можно настроить напоминания по дням недели и часам — например, после завтрака и перед сном. Семь точек на главном экране показывают дни молитвы в приложении; пропуск оставляет пустую точку, без обнуления серии. Молитвослова, утренних и вечерних правил, статистики и наград в Lampada нет.

Райл писал, что ежедневная молитва должна быть «как огонь на жертвеннике, который не всегда сжигает жертвы, но никогда не гаснет совсем»⁶. Так он горел и в шотландском домике: молитва после еды, закрытая дверь и дети, которые проходят мимо на цыпочках.

Частые вопросы

Как молиться каждый день?

Привяжите молитву к тому, что и так повторяется. Отец Джона Патона уходил молиться «каждый день, много раз в день, обычно после еды»², а Райл советовал отводить на молитву время, как на еду и сон, и выбирать часы самому⁴. Начните с малого и возвращайтесь после пропусков.

Как молиться утром?

Прежде чем браться за дела и телефон. Бонар писал себе: «Я должен также противиться искушению что-либо делать или читать, прежде чем найду Бога наедине»⁹. Рахиль Гуардини просила не выходить из комнаты, не отдав Богу дела дня¹⁶. В псалме сказано: «Уже на заре Ты слышишь, Господи, голос мой, на заре уже готовлю я жертву Тебе и к Тебе в ожидании ответа взор устремляю» (Пс 5:4)¹⁸. Утро — это ожидание, а не обязательный подъём затемно.

Сколько времени нужно молиться?

Единой нормы нет. Райл не требовал, чтобы молитвы всегда были одной длины, — лишь бы не бросать⁴. Макинтайр советовал не связывать себя чужой практикой, но непременно отводить время для Бога¹. Начните с меры, которой хватит и в плохой день.

Что делать, если пропустил день?

Вернуться завтра, без самоедства. Рахиль Гуардини советовала раз в неделю перечитывать свои решения, а если что-то не исполнено — не поддаваться досаде, попросить у Бога прощения и снова ободриться¹⁶.